Майор отошел от окна, сел в кресло. Достав носовой платок, он вытер струившийся по лицу пот. Его внимание привлекла одинокая муха, назойливо кружившая вокруг. Когда она опустилась на край стола, майора потянуло расправиться с ней. Он подался вперед, осторожно занес руку и что было силы грохнул по краю стола. Муха с жужжанием закружила по комнате. Майор раздраженно следил за ее полетом, пока она снова не села на стол. Он сделал выпад еще раз и с тем же успехом. Пот ручьями потек по его лицу и шее, носовой платок превратился в намокшую тряпицу. Майор откинулся на спинку кресла, и неприятная мина исказила его пухлое лицо, ибо армейский китель взмок от пота. Он злобно взирал на неуловимое насекомое, которое почему-то напомнило ему Мийача. Они также были неуловимы, эти оглала. Никакие ловушки и удары не помогли Уайту обезвредить их. И сдались- то они по собственной воле. В тот момент, когда муха села на карту, Трабл схватил командирский журнал, выскочил из-за стола и нанес по карте оглушительный удар. Словно издеваясь над ним, насекомое покружило определенное время по комнате, а затем прямиком вылетело в форточку. Майор с яростью бросил журнал на стол. Его мутило от жары и предпринятых напрасных усилий.

"А ведь Вихрь не связан, - вдруг мелькнуло в его мозгу. - Не ровен час, сбежит, как эта муха, к своим Мийача и взбаламутит их".

- Берне! - крикнул он. - А ну-ка вызови ко мне капитана Уинтона!

Дожидаясь капитана, Трабл в который раз перечитал полученную от полковника Майлза депешу. В ответ на состряпанный в форте Питилисс рапорт он приказывал:

"Держать повинного в побеге вождя за решеткой. Следить за остальными Мийача, не провоцируя их".

Последняя строчка не нравилась Траблу. В ней был весь Майлз. Осторожный, дипломатичный, строгий Меньше всего ему хотелось разбираться с волнениями на границе

"Он-то заслужил себе место под солнцем, - подумал майор. - А я прокисай тут в медвежьем углу с этими проклятыми оглала, которых еще и не смей тревожить!"